Mic (mi_b) wrote,
Mic
mi_b

безрисковые облигации

Сейчас государственные облигации почти всегда считаются выше качеством (т.е. ниже риск дефолта), чем корпоративные облигации компаний той же страны. Это более-менее является политикой рейтинговых агенств, а безрисковость американских гос.облигаций используется как определение безрисковости в некоторых учебниках. Соответственно, процентная ставка по гос. долгу ниже, чем по любому аналогичному долгу любой компании той же страны. И это почти универсальное правило, верное для и для немецких и для танзанийских облигаций. (Исключения из этого правила есть, например, глобальные IT или сталелитейные индийские компании временами имеют рейтинг чуть выше, чем индийское правительство.)

Тем удивительнее, что соотношение это относительно недавнее. В Древнем Риме и средневековой Европе были вполне развитые рынки долговых инструментов, но процентная ставка для правителя была хоть и ниже, чем ставка в ломбардах, но заметно выше, чем для лучших коммерческих заемщиков. Считалось, что займ правителя идет обычно на войну, дело деструктивное, а потому более рискованное, чем созидательные коммерческие предприятия и что взыскать деньги с суверена куда труднее. Такая высокая ставка была вполне рациональна: испанская корона за два с половиной века после начала эксплуатации америки дефолтила три раза, и обанкротила таки под конец своих генуэзских банкиров, несмотря на рекордный приток золота, которое шло прямиком и Америки в Геную.

Первыми нарушили это правило Нидерланды в начале XVII века: после первых успехов в войне за независимость, городские советы и Генеральные Штаты смогли занимать деньги не только под беспрецедентно низкий процент (2-4% годовых), но и под чуть более низкий процент, чем лучшие коммерческие заемщики. Отличие от остальных правительств было в меньшей свободе правительства - это было первое правительство, действительно подотчетное своим гражданам-кредиторам. (Эти 2-4% не должны прямо сравниваться с нынешними %%, потому как займы были в золоте). Потом постепенно подтянулись Швеция, Британия и другие государства, создав свои центробанки и ликвидные рынки госдолга. Эти рынки иногда обрушивались и теряли ликвидность, но корпоративные обязательства вели себя при этом еще хуже.

Это отличается от стандартного учебникового объяснения, почему госдолг ниже риском: право собирать налоги было у многих суверенов, но именно политическая подотчетность кредиторам снизила риск до уровня ниже коммерческого. Другое классическое объяснение - право суверена на эмиссию, снижающее риск дефолта на долг, номинированный в местной валюте - была блестяще опровергнуто правителсьтвом Кириенко в 1998, когда дефолт касался как раз только рублевых обязательств, но не долларовых. Поэтому интересный вопрос, можно ли считать самыми низкорисковыми инструментами американские гособлигации, если все большая доля их держателей - нерезиденты.



Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments