January 4th, 2006

child pic

изящненько:

сегодняшние Financial Times:

стр. 7, цитата из заявления Госдепартамента США с осуждением действий России с украинским газом:
"Such an abrupt step [...] raises serious questions about the use of energy to exert political pressure"

стр 8, интервью с американским deputy national security advisor:
"Condoleezza Rice and Stephen Hadley [US national security advisor] [...] are very mindful of the importance of integrating the economic agenda into the broader national security agenda"



child pic

gaz

Пока не увидел внятной арифметики с газовым соглашением. Это непросто - нужны 1) надежные данные (это очевидно) 2) понимание правильного альтернативного варианта. Тут вопрос в том, что является узким местом для Газпрома - газ, труба в Европу, труба из Туркмении? Если удается, скажем, продать в два раза меньше газа, но полтора раза дороже, удача это или поражение?

Eще я подозреваю, что в нынешнем решении "опциональность" может быть важнее арифметики. Если у Газпрома и Туркмении есть обязательства перед РУЭ, а не перед Украиной, но у Украины есть обязательства перед Газпромом по транзиту за фиксированную цену, то что происходит если РУЭ, скажем, банкротится? Или если Газпром говорит РУЭ, что не может доставить газ из Туркмении? Ответы на эти (и подобные) вопросы мне непонятны, но они наверняка, другие, чем были до нынешнего соглашения. Hа вид, чуть (или не чуть) больше опциональности стало у Газпрома. Точнее, у тех, кто вел переговоры с его стороны.